География...

[DarkMaster]

ГЕРМАНИЯ.
Так же. как и среди славянских народов Восточной Европы, у вампиров длинная история в Германии, и немецкий вампир очень напоминает славянского вампира. К Х веку славянская экспансия достигла земель вдоль реки Йетс и охватила восточную часть Германии. Славянские и германские пароды перемешались. Перемешались и их мифы. Таким образом, мифический вампир этих народов приобрел много общих черт. Наиболее известным из немецких вампиров был нахтцерер, или «ночной похититель», — вампир северной Германии. Эквивалентом ему в южной Германии (Баварии) был блаутзаугер, дословно «кровопийца». Этим термином в просторечии называли неприятных людей. В литературных источниках вампир фигурирует под названиями «нахттотер», «рыцарь ночи», «поит-отер» или «убийца девяти». Как и славянский вампир. нахтцсрер был вновь вернувшимся (недавно умершим, вернувшимся из могилы, чтобы нападать на живущих, обычно на семью и знакомых)
Так же, как и славянского вампира, нахтцерера порождали необычные обстоятельства, сопутствующие смерти. Человек, который умирал внезапно в результате самоубийства или несчастного случая, был кандидатом в вампиры. Подобно вьесчи в Польше, ребенок, родившийся в чепчике (мембрана, которая покрывала лицо некоторых детей), был приговорен стать вампиром, особенно, если этот чепчик был красным. Нахтцерер также связывался с эпидемическими заболеваниями. Когда группа людей умирала от одной и той же болезни, наблюдающие часто признавали того, кто умер первым, причиной .смерти остальных. Имела место вера в то, что если ие убрать с похоронной одежды имя человека, то он вернется в качестве вампира.
Нахтцсреры, как было известно, имели привычку жевать свои собственные конечности в могиле (вера, вероятно, возникшая из-за того, что находили тела, которые стали жертвами хищников после захоронения в неглубоких могилах без гроба). Так, их лица были не тронуты, а кисти рук и другие конечности отсутствовали или были растерзаны. Активность вампира в могиле продолжалась до тех пор, пока он не прекращал есть свое собственное тело и свою одежду. Тогда вампир поднимался и, как вурдалак, поедал тела других, часто в компании женщины, которая умерла при родах. Их активность можно было выявить по сосущему звуку, который приписывали женщине, кормящей ребенка. Когда их гробы (тех, кто был достаточно состоятелен хоронили в одном) открывались, нахтцереров обнаруживали лежащими в лужах крови, потому что вампиры изгладывали себя до такой степени, что не могли удержать в себе всю кровь, которую употребляли.
Чтобы уберечься от нападения вампира, люди принимали различные меры. Некоторые клали под подбородок вампира комок земли, другие - монету или камень ему в рот, в то время как третьи крепко повязывали носовой платок вокруг шеи. В самых крайних случаях люди отрезали голову потенциальному нахтцереру и втыкали спицу ему в рот, чтобы прикрепить голову к земле или же закрепить язык.
Некоторая вера в вампира сохранилась в сельской Германии. Аффонс Швайгерт исследовал блаутзаугера в Баварии в 80-е годы. Он обнаружил, что вера в вампира не только продолжает существовать, но что также существуют некоторые уникальные аспекты этой веры. По внешности блаутзаугер был бледным и по описанию напоминал зомби. В баварском фольклоре люди становились вампирами потому, что не были крещены (Бавария — часть Германии, где довлела римско-католическая церковь), занимались колдовством и цели аморальный образ жизни или совершили самоубийство. Они могли также стать вампирами, поев мяса или съев животное, которое было убито волком. Во время погребения, если животное перепрыгивало через могилу, это также могло привести к возвращению умершего в виде вампира. Такой же исход был в случае, если на могилу наступала монашка.
Если в общине появлялся блаутзаугер, жителям советовали оставаться по ночам дома и обмазывать двери и окна чесноком, а также развешать вокруг дома боярышник. Если у кого-то была черная собака, то необходимо было наблюдать за ней, нарисовать на ней еще одну пару глаз, от которых бы бежал вампир. Чтобы окончательно убить вампира, советовали проткнуть его сердце колом, а в рот положить чеснок.
Великие дебаты о вампире. Верования и обычаи, касающиеся вампиров в Германии и Восточной Европе, стали предметом нескольких книг еще в XVII веке (хотя никто не использовал термина «вампир» в этих текстах). Примечательными сочинениями были: «De Masticatione Mortuorum» (1679) Филипа Рора, который обсуждал привычки нахтцсрера, и «De Miraculis Mortuorum» Христиана Фредерика Гармана (1670). В начале XVIII века в Германию стал просачиваться целый поток отчетов о вампирах из Восточной Европы. Разгорелись активные дебаты в университетах. Хотя Германии не удалось избежать вампирической истерии (эпидемии ее были зарегистрированы в Восточной Пруссии в 1710, 1721 и 1750 годах), проблема вампира, кажется, изначально возникла из-за широко распространенных газетных сообщений о расследовании вампиризма в Сербии в 1725 году и, особенно, расследовании случая Арнольда Пауля в 1731—1732 годах. Популяризированная версия дела Арнольда Пауля стала бестселлером на книжной ярмарке в Лейпциге в 1732 году. Началом для дебатов послужили работы теолога Михаэля ' Ранфта «De Masticatione Mortuorum in Tumilis Liber (1728) и Джона Кристиана Стока «Dissertio de Caudauveribus Sanguisugis» (1732).
Дебаты развернулись вокруг различных несверхъестествспных (или, по крайней мере, невампирических) объяснений этих явлений. Ранфт повел атаку на веру в существование вампиров, полагая, что, хотя мертвые и могут влиять на живых, они нс могут принимать формы воскресших трупов. Другие допускали, что изменения в телах (предложенные как доказательство вампиризма) могли происходить по вполне естественным причинам.
Дебаты привели к высылке вампира в царство предрассудков и оставили ученых наедине только с одним вопросом о вампире: «Что заставляет людей верить в такое нереальное существо как вампир?». Яблоком раздора, возникшим уже на финальном этапе немецких дебатов, стала работа известного французского ученого, знатока Библии, Дома Авгусгина Кальме. Дом Кальме разошелся во мнении со своими немецкими коллегами и просто оставил вопрос о существовании вампира открытым. Кальме считал, что для утверждения нереальности вампиров нет достаточно веских доказательств. И хотя Кальме не смог предложить такие же доказательства в пользу вампиров, он очень серьезно отнесся к сообщениям и счел вампиров интересным предметом для дальнейшего изучения. Довольно интересно, что многие работы немецких современников Кальме вскоре остались только па полках нескольких университетских библиотек, а работа Кальме была переведена на различные языки и перепечатывалась до 50-х годов XIX века.
Литературный вампир. Германия дала рождение современному литературному вампиру. Первой современной литературной работой о вампир была небольшая поэма Генриха Августа Оссепфельдера «Вампир» (1748). К этому же ряду можно отнести поэму «Лспора», повествовавшую о вновь вернувшемся, который претендует на свою любовь и хочет забрать возлюбленную в могилу как свою вечную невесту. Эта поэма, хотя ее и нельзя назвать в полной мере вампирической, сыграла заметную роль в литературе Германии и Англии. Еще больше популяризовала тему вампира поэма Гете «Коринфская невеста», опубликованная впервые в 1797 году. Гете был ведущей литературной фигурой на континенте, в его внимание к теме вампира легализовало ее для других.
Как и «Ленора», на писателей готической литературы и рассказов о вампире, в особенности в XIX веке, оказали влияние сказки Э. Т. А. Гофмана. Один из его рассказов- «Аурелия» (1820), опубликованный на английском под разными названиями, часто рассматривался как история о вампире, хотя на самом деле был посвящен вурдалакам. Некоторые факты свидетельствуют о том, что первый немецкий рассказ о вампире, возможно, был вообще первым литературным произведением о вампире. Английский перевод Джона Гика «Не будите мертвого» был напечатан. в 1823 году. Немецкий текст истории Тика был, возможно, написан и опубликован в Германии до 1819 года (когда появился «Вампир» Джона Полидори). Однако сам немецкий текст найден не был. В рассказе Тика фигурировала женщина-вампир Брундхильда, которую вернул к жизни Вальтер, влиятельный дворянин. Вальтер любил ее, но однажды проснулся и обнаружил, что жена пьет его кровь.
В начале XIX века, особенно носле опубликования рассказа Полидори «Вампир», автором которого считался лорд Байрон и оценки, данной этому рассказу Гете, вампир получил новую жизнь. Вкладом Германии в распространение «байронического» вампира .Полидори было создание оперы «Вампир» Генрихом Августом Маршнером. После Маршнера немецкий литературный вампир начал угасать очень быстро и с того времени никогда не занимал в Германии значительного места. В начале XIX века появилось только два романа - Теодора Гильдсрбрандта «Вампир, или Мертвая невеста» (1828) и Эдвина Бауэра «Барон-вампир, зарисовка из прошлого» (1846). В середине XIX века появилось одно существенное произведение — анонимный рассказ «Таинственный незнакомец» (перевод, опубликованный в Англии в 1860 году). Это была история об Аззо Ван Клатке, дворянине, который жил в Карпатах. Своей жертвой он избрал дочь соседа, австрийского помещика. Близкие заметили, что она начала слабеть, а на шее у нее были раны. Тем временем, Ван Клатка становился все моложе. В конце концов, жертву заставили вбить в голову вампира гвоздь, чтобы уничтожить его.
Отдельные моменты «Таинственного незнакомца» прозвучали эхом в «Дракуле» Брэма Стокера. История начиналась с того, что рыцарь (персонаж, подобный Джонатану Харкеру Стокера) едет в незнакомые Карпатские горы. Он поражен живописным ландшафтом. Внезапно рыцарь и его семья были напуганы появлением волков, но «незнакомец» успокаивает и наставляет их (как Дракула). Вскоре выяснилось, что "незнакомец" существует исключительно на жидкости и появляется только в дневное время. В конце концов он был найден спящим в открытом гробу в разрушенной часовне внизу замка. Один персонаж этой истории - Войслав - пожилой человек, много знающий о вампирах, мог оказаться прототипом Абрахама Ван Хельсинга - охотника за вампирами Стокера.
Кинематографический вампир. В начале XX века Германия вновь стала ведущей страной в развитии мифа о вампире. В 1922 году «Праиа филмз» выпустила фильм Фридриха Вильгельма Мурнау «Иосферагу, симфония Гаруна». «Носферату» был сильно замаскированной, но вполне узнаваемой обработкой фильма «Дракула». Он вышел на экраны только один раз, потому что вдова Стокера, Флоранс, обвинила «Прана филмз» в литературном плагиате. Пока она вела дело, финансовая нестабильность «Прана Филмз» сама по себе разрешила этот вопрос. После трех лет тяжбы, Стокер, наконец, выиграла дело, и суд принял решение уничтожить все копии фильма. В настоящее время «Носферату» высоко оценен как один из самых великих фильмов немецкого экспрессионизма и эпохи немого кино. Спорный вопрос — какую роль сыграл «Носферату» в развитии современного вампира. Несколько копий этого фильма были спрятаны и не показывались зрителю до 60-х годов. К тому времени Флоранс Стокер умерла, а обе версии фильма «Дракула» с Бела Лугоши и Кристофером Ли уже были закончены.
Хотя «Носферату» остается самым знаменитым немецким фильмом о вампире, Германия дала зрителю ряд других важных кинематографических толкований этого предмета. Немецкий вампир появился в 60-е годы в серии довольно быстро забывшихся фильмов, включая «Пещеру живущего мертвеца» (1964), «Кровопийца» (1966) и «Кровавого демона» (1967) с Кристофером Ли. фильм «Вампир Дюссельдорфа» рассказывал историю Петера Кюртена, реального серийного убийцы, который пил кровь своих жертв. За ним последовал фильм «Нежность волков», который повествовал о вампирическо-вурдалакских убийствах Фрица Хаармана, который убил 25 мальчиков и выпил их кровь.
В 70-е годы Германия была местом возникновения двух уникальных , и глубоких фильмов о вампире. «(Джонатан» (1970) использовал вампиризм как метафору для обозначения подъема фашизма. «Мартин» (1976) исследовал жизнь молодого, умудренного жизнью вампира, который прошел путь от простого укуса до применения бритвы и шприца. Среди более поздних немецких фильмов о вампире такие картины, как «Оборотень против женщины-вампира» (1970), «Вампирическое происшествие» (1978) и «Очаровательный монстр» (1991).
Литературный вампир XX века. В течение последних двух десятилетий Германия обеспечила благоприятную почву для романов о вампире. Эта страна была и теперь остается постоянным источником литературы ужасов, а многочисленные вампирические рассказы появились в нескольких журналах, публикующих произведения в жанре ужасов. На протяжении 70-х и 80-х годов полчища современных писателей как щахту разрабатывали легенду о вампире. Возглавлял их Ясон Дарк, который написал более 300 популярных романов, 20 из которых были посвящены Дракуле и другим вампирам. Книги о вампирах печатались в серии книг ужасов компанией «Баштай-Люббе Ферлаг» в Бергиш Гладбахе. Фредерик Коллинз, который также написал несколько романов о вампире, был редактором этой серии. Среди авторов, создавших многочисленные романы о вампирах для «Баштай-Люббе», были: Брайан Эллиот, Роберт Ламон, Франк де Лорка, А.Ф. Морланд, Майк Щздоу и Эрл Уоррен. Два издательства— «Цауберкрайс-ферлаг» и «Пабельхаус», находящиеся в Раштатте, — также выпустили ряд книг с вампирами в серии ужасов. Среди наиболее популярных писателей, работавших для «Цауберкрайс-Ферлаг», были: Майк Карун, Роже Дамон, Маркое Монго, Дан Шокер, Джон Спайдер и В. Д. Тобьен. Авторы «Пабельхауса» включали: Джеймса Р. Бучетта, Нила Давенпорта, Франка Скай и Хью Уолкера. Большинстве немецких романов о вампире публикуются этими тремя издательскими фирмами.
В 90-е годы в Германии вновь поднялась волна интереса к вампирам. В изобилии издаются романы О вампирах, комиксы, иные произведения, а вампиров можно обнаружить и на поздравительных открытках, и в рекламе. Особенно примечательной является литература о вампирах для юношества, а среди авторов, пишущих для детей, появилась Анжела Зоммер-Бодвибург, любимая во всем мире. Ее серии романов для детей о Томе Нудельмане и его друге вампире Рудольфе были переведены на английский и опубликованы как в Англии, так и в США.