"Самый выгодный контракт демона Себастьяна, или 3 сезон "Темного дворецкого"

[Кэролайн]

Часть 2 "Непредсказуемый дворецкий"

Все время, пока они летели до дома, юный граф прижимался к плечу своего дворецкого, крепко обхватив того за шею обеими руками. От Себастьяна шло приятное согревающее тепло, и он казался особенно полным сил, Сиэль догадывался, что причина тому — только что поглощенная демоном душа. Но сейчас, когда Себастьян так бережно держал его на руках, прикрыв шерстяным пиджаком, чтобы защитить от свистящего вокруг ветра, мальчику казалось, что все снова как прежде, и даже страх перед только что увиденной картиной отступил на второй план. Ведь он всегда знал, кем является его дворецкий, и сам когда-то обещал ему дать столько душ, сколько тот пожелает. Конечно, говорить и видеть — совершенно разные вещи, но все же, суть от этого не меняется. В конце концов, сейчас они оба демоны, а значит, находятся на одной стороне.
Но как только Михаэлис опустился на крыльцо их новой обители, Сиэль понял, что ничего не изменилось. Себастьян оставался все также холодно учтив, он отпер дверь усадьбы, проводил Господина в гостиную и оставил на диване у горящего камина, а сам вышел, не сказав ни слова.
Сиэль устало откинулся на мягкую спинку и прикрыл глаза, внезапно он ощутил себя совершенно одиноким и несчастным. Раньше он жил мечтой о мести, а что же теперь?
«А теперь я сам стал демоном, способным отомстить за кого угодно, но без поглощенных душ я такой же беспомощный и слабый, каким был прежде… Только теперь я совсем один. Ведь раньше рядом всегда был Себастьян, он появлялся, когда было нужно. Он улыбался, шутил, подбадривал меня… А теперь? Почему он сделался таким злым и мрачным? А может, это потому что я был ему тогда нужен, вернее, моя душа?»
Граф вспомнил услышанные сегодня слова демона: «Надо сказать, что у этой души был дурной вкус…»
«Неужели все дело в этом? В особом вкусе моей души. Настолько совершенном, что демоны готовы сражаться друг с другом насмерть за право ее поглотить. Может мне стоит этим гордиться?»
Сиэль саркастически улыбнулся, словно смеясь над самим собой.
«Что ж, поздравляю Вас, граф Фантомхайв! Вы идеальное блюдо в меню любого демона… Кто еще может этим похвастаться?»
Внезапно Сиэль ощутил почти забытое, неприятное покалывание в глазах, он тотчас захотел встать, но ноги подкосились и мальчик осел обратно на диван. Холод опять вернулся и медленно, поднимаясь по телу снизу вверх, охватил его почти полностью. Мальчику вдруг сделалось очень страшно, он понятия не имел, что происходит с душами демонов, когда те погибают. Но познавать это на собственном опыте совсем не хотелось.
— Себастьян! – позвал он из последних сил и сам удивился, как слабо звучит его голос, однако демон не появился, его вообще не было в доме. Сиэль мог это слышать. Он остался тут совсем один.
— Себастьян, мне плохо! Помоги мне! – уже теряя сознание, попытался крикнуть граф, но сам едва расслышал свои слова.
«Он ушел… Оставил меня тут умирать, для того чтобы освободиться… — родилась в голове графа внезапная догадка, но даже на злость сил уже не осталось. — Что ж, неплохой ход, Себастьян, отличный ход…»
Больше он уже не мог думать, сознание померкло, и юный Фантомхайв провалился в какую-то красно-черную мглу.
***
— Сиэль, Сиэль! – сквозь глухую, ватную тишину внезапно пробился знакомый, встревоженный голос.
С трудом веря своим ушам, мальчик медленно открыл глаза и, увидел прямо перед собой лицо дворецкого.
«Это сон… — промелькнуло в его голове. — Нет… я же умер… и теперь мы, наверное, в аду?»
— Господин, я принес вам душу, откройте, пожалуйста, рот… Вы должны принять ее от меня, — неожиданно произнес «обитатель ада», а затем бережно приподнял голову Сиэля, так чтобы их лица оказались как можно ближе.
Никогда юный граф не испытывал ничего подобного: сначала он увидел, как едва различимый белый дымок, словно горячее дыхание в морозную зимнюю ночь, выходит изо рта демона. Сам не осознавая, что делает, подчиняясь лишь некоему инстинкту, Сиэль разомкнул губы и жадно всосал в себя эту странную субстанцию. В ту же секунду ему показалось, что он слышит где-то внутри себя дикий, полный отчаянья, женский крик. Затем по всему телу пошло приятное тепло, а разум наполнился чужими чувствами и воспоминаниями. Они пронеслись подобно вихрю, но он каким-то образом успел понять и впитать в себя каждую деталь.
Маленькая девочка, она бежит среди высокой травы, ей очень страшно. «Нет, папа! Нет! Пожалуйста!» Резкая боль принизывает тело, там, где Сиэль никогда бы не смог ее почувствовать, затем тьма, провал. Дневной свет. Молодая женщина качает в колыбели дитя, спальня богата обставлена. Но вот она выходит в гостиную, там сидят мужчины, смеются, пьют шампанское, обнимают девиц, явно легкого поведения. Женщина улыбается им, ее ненависть вновь получила краткое удовлетворение. Она знает, что завтра они все умрут. Это яд… она отравила всех посетителей.
И сделала такое уже не в первый раз.
Потом мальчик увидел темную сырую камеру, в зарешеченном оконце, высоко под потолком, непроглядная мгла. Женщина сидит на прибитом к полу табурете, бессмысленно раскачиваясь из стороны в сторону. Завтра ее повесят. Внезапно перед ней встает черная фигура. Знакомый голос задает вопрос:
«Твое дитя… Ты хочешь, чтоб она ни в чем не нуждалась и никогда не повторила судьбу матери?»
«Да! — вскочив на ноги, громко и почти безумно восклицает женщина. — Моя девочка... Она должна быть счастлива! Что ты хочешь взамен?»
«Всего лишь твою душу… ты согласна?»
«Согласна…» — дрогнувшим голосом отвечает она и видит склоняющееся к ней лицо Себастьяна, его глаза светятся красным. Совсем как тогда, на острове Смерти…
Ужас… Он заполняет сознание несчастной женщины, демон высасывает душу, но не поглощает ее. Она еще может чувствовать, может молиться о спасении, но лишь до тех пор, пока не видит бледное лицо мальчика с горящими адским огнем глазами. До тех пор, пока не видит его лицо…
***
Силы вновь наполнили тело юного графа, сознание сделалось удивительно ясным, теперь он иначе чувствовал окружающей мир. Более полно, более глубоко. Но сейчас Сиэль знал, какую цену приходится за это платить каждому демону. Но все же чувство вины не терзало его, ведь та женщина все равно была уже обречена, а ее душа горела бы сейчас в аду. Так не лучше ли навсегда обрести покой в небытие, чем вечно страдать? Сам Сиэль, безусловно, выбрал бы первое.
— Я приготовил Вам ванну, Господин… — раздался рядом с ним спокойный голос Себастьяна. — Идемте, Вам следует отдохнуть…
«Неужели его голос стал мягче? — промелькнуло в голове мальчика. — И он не бросил меня, он принес мне душу, хоть я и не отдавал прямого приказа…»
Сидя в душистой, горячей воде, Сиэль внимательно рассматривал свои черные ногти. Точно такие же, как и у его дворецкого, теперь они словно братья… Последняя мысль немного удивила самого графа. «Неужели я действительно мог бы хотеть этого? Ведь Себастьян всего лишь дворецкий… Иначе почему сейчас он так осторожно и старательно моет мое тело? Одевает меня, чистит зубы, убирает дом? Он только слуга, исполняющий приказы своего Господина, моя пешка… Или все же нет? Почему он принес мне душу сегодня? Ведь я не приказывал… я только звал его, просил о помощи… Просил? Дворецкого? Это все от того, что я был в бреду… Но все же нужно спросить, почему он принес мне душу…»
— Вставайте, Господин, я Вас вытру… белье уже перестелено, можно идти в кровать…
Сиэль внимательно вглядывался в знакомые черты лица демона, пока тот вытирал его мягким полотенцем, помогал надеть ночную рубашку и мягкие туфли. Но волновавший мальчика вопрос по-прежнему не был задан. Он просто не решался его задать, опасаясь услышать в ответ нечто вроде:
«Я же Ваш дворецкий. Я всего лишь исполнял приказ моего Господина…»
Уже лежа в кровати, юный граф все же нашел в себе смелость обратиться к демону:
— Скажи, Себастьян… Почему ты принес мне сегодня эту душу? Я ведь не отдавал прямого приказа, – испытующе глядя в карие глаза, произнес он.
Михаэлис остановился с подсвечником в руке, словно задумавшись, что ответить.
— Но Вы же звали меня, Господин… — наконец, холодно произнес он, затем быстро задул свечи и вышел из спальни Хозяина, даже не пожелав ему добрых снов.
Сиэль проводил его удивленным взглядом, он не знал, как ему воспринимать поведение Себастьяна. В нем что-то изменилось, что-то стало не так. Это тревожило мальчика, но он не мог сформулировать причину своих опасений. Сейчас Себастьян был даже не холоден и мрачен, как в последние две недели, он словно потерял уверенность. Ту знаменитую внутреннюю убежденность в своем превосходстве над любым врагом, которая никогда не покидала Михаэлиса прежде, во всяком случае, столько, сколько знал его сам Сиэль. Даже то, с каким странным остервенением демон накинулся сегодня на молодого Жнеца, выдавало в нем, столь не свойственное Себастьяну, нервное напряжение.
Что все это могло значить, Сиэль не знал, но, засыпая, он все еще ощущал смутное чувство тревоги.